В небо моих снов
Запустили твоих сов
Белых, белых
Летать высоко высоко
Сливать с облаков молоко
И знать, что это легко
Для смелых.

Твои и мои сны
Ветры этой весны
Я тот, кто спел их.
Стал морем песен ручей,
Моя королева мечей
Ты нежность моих ночей
Белых, белых.
(Смелых, смелых)

Видишь белые в небе круги
Их не видно с земли никому,
Только детям, тебе и мне, и всем невесомым.
Я считаю твои шаги,
Ещё два и я тебя обниму
Это путь от тебя до меня уже нарисован.

В небо моих снов
Запустили твоих сов
Белых, белых
Летать далеко далеко,
Снимать с облаков молоко
И знать, что это легко
Для смелых.

Никаких разочарований, никаких больше драм.
Никаких бермудских треугольников, любовных насквозь
Кажется, они сегодня просто разойдутся по домам
До того, как все это ещё у них не началось.

И пока кто-то ищет ответы,
Чьё-то время уже истекло
Моя Фрида рисует портреты
И летит из трамвая в стекло.
И с осколками, ветром и светом
И водой Амазонки и Ганга
Я танцую с ней до рассвета
Стеклянное танго.

Никаких разочарований, никаких больше слов
Никакой нет связи между нами, никаких проводов.
Кажется, они порвали карты,
Потеряли ключи.
Слава богу этот счёт обратный им никто не включил.

Пусть пока кто-то ищет ответы,
Чьё-то время уже истекло
Моя Фрида рисует портреты
И летит из трамвая в стекло.
Вместе с пулями из пистолетов
Вместе с гривами черных мустангов
Я танцую с ней до рассвета
Стеклянное танго.

Никаких разочарований, никаких больше драм
Никакого холода, игнора, безразличного вида
Никаких молчаний по неделям, месяцам, и годам
В нашем танце стекол ничего такого не танцуют, Фрида.
Никаких разочарований, никаких больше драм
Никакого холода, игнора, никаких в это игр.
Никаких молчаний по неделям, месяцам, и годам
В нашем танце стекол ничего такого не танцуют, Фрида.

Пусть пока кто-то ищет ответы,
Чьё-то время уже истекло
Моя Фрида рисует портреты
И летит из трамвая в стекло.
И с осколками, ветром и светом
И водой Амазонки и Ганга
Я танцую с ней до рассвета
Стеклянное танго.
Пусть пока кто-то ищет ответы,
Чьё-то время уже истекло
Моя Фрида рисует портреты
И летит из трамвая в стекло.
Вместе с пулями из пистолетов
Вместе с гривами черных мустангов
Я танцую с ней до рассвета
Стеклянное танго.

Она была его проблемой с сердцем
То замерзало сердце, то горело
То обжигалось сердце красным перцем
То укрывалось сердце снегом белым

Она была его проблемой с сердцем
То замирало сердце, то летело
То разбивалось на осколки сердце
То снова становилось сердцем целым

Он если захочет, он сможет остаться
Ему этой ночью придётся с ней драться
Соседям не очень их стоит пугаться
Ему этой ночью придётся ей сдаться

Она была его проблемой с сердцем
То с силой билось сердце, то слабело
И с сердцем билось сердце, как умело
Но не могло остановиться сердце

Она была его проблемой с сердцем
То не болело сердце, то болело
Она его одна лечить умела
Она была его проблемой с сердцем

Он если захочет, он сможет остаться
Ему этой ночью придётся с ней драться
Соседям не очень их стоит пугаться
Ему этой ночью придётся ей сдаться
Соседям не стоит идти и ругаться
Ему этой ночью придётся ей сдаться
Ему этой ночью придётся раздеться
И ей этой ночью дарить свое сердце

Я, как героин, я умею ждать,
Можешь от меня бежать,
До любой границы.
Я умею не держа держать,
Можешь от меня бежать,
Но от меня не скрыться.

Говорят, здесь видели следы кого-то,
Твой охотник я, а ты моя охота.

Я как героин, я чувствую ноль,
Меня нельзя обмануть, забыть или бросить.
Ты такой один и я любуюсь тобой,
Но я любую твою боль умножу на восемь.

Говорят, здесь видели следы кого-то,
Твой охотник я, а ты моя охота.

Я как героин, я умею ждать,
Можешь от меня бежать,
Бояться, злиться.
Я умею не держа держать,
Взгляд твой отражать,
И не шевелиться.

Наблюдать, как за тобою небо стелется.
Не дыша, тебе в затылок целиться.

Я слышу твой запах,
Твой мягкий след
Ты прячешь водой,
Ты так грациозен,
Но на твоих лапах
Наш общий секрет
И я иду за тобой
Через всю осень.

Если Зевс бы мне, поручил создать Венеру
Я наверное тебя бы выбрал для примера
Я слепить бы мог ее уверенно и ловко
А Винсент Ван Гог ни разу не был в третьяковке
даже.
Он в Эрмитаже.

Если Зевс бы мне дочь велел слепить его бы
Я наверное ослепительное всё бы
Срисовал с тебя, а ты не догадалась даже
Кто подделал все скульптуры и картины в эрмитаже. Да же?
Ну не я же.

Если Зевс бы мне сказал, иди её роди ты
Я наверное из пены создал Афродиту
И она была такая прям как ты почти же
Только ты в Москве, она в Париже.
Вы обе даже не в Эрмитаже.

Если Зевс бы мне, поручил создать Венеру
Я наверное тебя бы выбрал для примера
Я слепить бы мог ее уверенно и ловко
А Винсент Ван Гог ни разу не был в третьяковке
даже.
Он в Эрмитаже.

Напишу тебя как скажешь,
этой ночью, как захочешь,
Даже не в Эрмитаже.
Даже и в Эрмитаже.

Он кружит и кружит
Между мирами
вечерами,
Ищет края в этой драме,
Он бы исправил,
Он все бы исправил.
Но выведет из лабиринта лишь тот, кто отправил.

Не уходи.
Ты моя половина луны на груди.
Не улетай.
Светом не тай.

Он фарами режет и режет дороги,
Он учит уроки,
Но не проходит уроки,
И все его боги
Теперь немы и жестоки.
Я слушаю часто ночами его монологи.

Не уходи.
Ты моя половина луны на груди.
Не улетай.
Светом не тай.

Я застрял в этом межмирие,
Я прошу у тебя перемирия,
Если можешь забрать, забери меня,
Лунным светом побудь впереди меня.

Не уходи.
Ты моя половина луны на груди.
Не улетай.
Светом не тай.

Он кружит и кружит
Между мирами
вечерами,
Ищет края в этой драме,
Он бы исправил,
Он все бы исправил.
Но выведет из лабиринта лишь тот, кто отправил.

Просто давай дружить.
Поздравлять с днем рождения,
Давай у тебя просто буду теперь я
Где-нибудь быть?

Просто давай звонить
И друг другу молчать
Что-то важное ночью,
А давай я скучать
По тебе буду очень.
Больше об этом нигде,
Давай оставим все воде,
С дождями
Сливаться
в ручьи.
В далекие страны,
уносит ничьи
Наши с тобой океаны.

Просто давай дружить
Где-то рядышком жить,
И свет в окнах включать
среди ночи
А давай я буду скучать
по тебе очень очень?
Больше об этом нигде,
Давай оставим все воде,
С дождями
Сливаться
в ручьи.
В далекие страны,
уносит ничьи
Наши с тобой океаны.

Просто давай дружить.
Поздравлять с днем рождения,
Давай у тебя просто буду теперь я
Где-нибудь быть?
С понедельника по воскресенье
С рассвета и до темноты
Давай у тебя буду теперь я.
А у меня - ты.

Черная какая-то птица
В небе кружится
Тень от крыльев на лица чужие ложится.
Что тебе снится, может быть птица?
Может быть черная птица?

Друг без друга они жили
Не летали, не кружили,
Не встречались, не дружили
Все у них было, как у людей.
Только были, они были, они были
парой черных лебедей.
Только были они, были и любили сильней.

Посреди людей,
Где одна вода,
Черных лебедей
Не один, а два.

Что тебе ей петь,
Где её искать,
Реками мосты
Обрученные.
Она может ведь
Так не узнать.
Что она, как и ты,
Тоже чёрная,
Черная такая же птица
В небе кружится,
Тень от крыльев на лица чужие ложится.
Что тебе снится, может быть птица,
Может быть я эта птица?

Наверно где-то живёшь ты, где дождь.
И он скрывает тебя за стеной.
И я не вижу, как ты идёшь
домой.
И я считаю, который подъезд.
Гадаю, где твой этаж и окно.
А чья-то кошка растение ест,
Возможно, твоё.

На Осеннем бульваре
Осень листья мне дарит,
Вырывает из рук,
И бросает под ноги,
А вдруг
Ты идешь по той же дороге?

Наверно где-то живу я, где ждут,
Не подгоняя и не торопя.
И это кажется в паре минут
Всего от тебя.

И ты считаешь, который подъезд.
Гадаешь, где в этой осени я.
А чья-то кошка растение ест.
Не моя.

На Осеннем бульваре
Осень листья мне дарит,
Вырывает из рук,
И бросает под ноги,
А вдруг
Ты идешь по той же дороге?

Наверно это не кошка, а кот.
И он цветок понемножку жуёт.
Давай, когда он его дожует,
Хозяина спросим,
Когда он вместе с дождями пройдёт,
И что с котом этим произойдёт?
А я любуюсь в окно, как идёт
По городу осень.

На Осеннем бульваре
Осень листья мне дарит,
Вырывает из рук,
И бросает под ноги,
И вдруг
Ты идешь по той же дороге.

Ей нравилось, что он был
А теперь его нет, но она с этим, кажется, справится.
Он где-то во льдах застыл,
Бесконечно любуясь своей путеводной красавицей.

Вы видели эти льды.
Льды из живой воды.
Льды старых и молодых,
Вы видели льды их, видели льды их.

Ей нравилось, что он был
А теперь его нет и мне кажется, время потеряно.
Он где-то во льдах застыл
Бесконечно любуюсь сияньем звезды своей северной.

Вы видели эти льды,
Льды из живой воды
Льды старых и молодых
Вы видели льды их, видели льды их.

Как он по ней скучал,
Как небо ее качал,
А теперь его нет
и мне кажется, свет звезды тише стал.
Вы видели эти льды,
Льды из живой воды
Льды старых и молодых
Вы видели льды их, видели льды их.

Мне нравилось, что ты был.

Выше сорока градусов нет закона
А выше пятидесяти даже бога нет
В левом ухе серьга, на плече два дракона
На поясе сабля, за пазухой пистолет
Там, где встречаются два океана
И Атлантический, и самый Тихий
Я карту земли достал из кармана
И прямо на ней написал этот стих ей
Ты спросишь ведь наверняка
Скажи, мне кто ты в этом море
Я твой смотритель маяка
Я о тебе пишу истории

Нет, на плече у меня это не канарейка
Это драконы и мы с ними видели всякое
Мы ради того прошли весь пролив Дрейка
Чтоб отыскать тебя любимый маяк мой
Десять тысяч моряков стонут среди волн
Восемь сотен кораблей возле мыса Горн
Лишь горбатые киты слышат их мольбы
Крестовидные дельфины, да морские львы
Ты спросишь ведь наверняка
Скажи, мне кто ты в этом море?
Я твой смотритель маяка
Я о тебе пишу истории

Выше сорока градусов нет закона
А выше пятидесяти даже бога нет
В левом ухе серьга, на плече два дракона
На поясе сабля, за пазухой пистолет
Там, где встречаются два океана
И Атлантический, и самый Тихий
Я карту земли достал из кармана
И прямо на ней написал этот стих ей
Ты спросишь ведь наверняка
Скажи, мне кто ты в этом море
Я твой смотритель маяка
Я о тебе пишу истории

В поле полном темноты.
Ночью все цвели цветы.
Только он один горел,
Синим цветом на горе.

Вырос тот цветок в сердце у меня
Я его берег ото льда и от огня
Я его берег, сколько было сил
Столько и носил.

У подножия ручьи,
Знали, все цветы ничьи,
Только синий тот - его
Ну и что теперь с того,

Что вырос твой цветок в сердце у меня?
Я его берег ото льда и от огня
Я его берег, сколько было сил
Столько и носил.

Синим светом на заре
Хвост кометы догорел,
Звёздной россыпью из слов,
Синий ветер моих снов
Вырастил цветок
В сердце у меня,
Я его берег
Ото льда и от огня,
Я его берег,
Сколько было сил,
Столько и носил.
Столько и носил
В сердце малыша
Сердцем не дыша
Сердцем не дыша
В сердце не спеша
Расцвела душа.

Укрыт мой город осенним душистым теплом,
Но утро скоро завяжет все лужи стеклом.
И совсем голый я лист лечу вниз, как идиот,
От которого
она потом уйдёт, конечно же, уйдёт,
Беззастенчиво,
Как эта осень,
Эта женщина
Тебя бросит.

Ну а пока еще далеко до того звонка,
Не торопись, уверенная чья-то рука
В зелёный с желтым едва-едва заносит кисть,
и врёт -
Она тебя сотрёт, конечно же, сотрёт,
Беззастенчиво,
Как эта осень,
Эта женщина
Тебя бросит.

Укрыт мой город осенним душистым теплом,
Но утро скоро завяжет все лужи стеклом.
И совсем голый я лист лечу вниз, как идиот,
К которому
она сейчас уйдёт, конечно же, уйдёт.
Беззастенчива
Эта осень,
Как эта женщина.

Я верю в тебя,
Так, как верит Бог.
Это же ты мой выдох,
Это же я твой вдох.
Светом ты, тенью я
Что-то в солнечные бьётся сплетения.
Что-то похоже на любовь,
Так похоже,
Она тебе идет -
Тебе тоже.
А может быть пройдёт? -
Не похоже.
А может быть пройдёт?

И даже когда ты не веришь сам
Собственноручным своим чудесам
Наручным моим верь часам
Все время ведёт сюда Господь Бог сам
Что-то похоже на любовь,
Так похоже
Она тебе идет -
Тебе тоже.
А может быть пройдёт? -
Не похоже.
А может быть пройдёт?

Он верит в тебя, так как верю я
Какие ещё суеверия
Ты только прикинь,
С тобой мы инь, аминь
И янь.
Это похоже на любовь,
Так похоже,
Она тебе идет -
Тебе тоже.
А может быть пройдёт? -
Не похоже.
А может быть пройдёт?

Я верю в тебя,
Так, как верит Бог.
Это же ты мой выдох,
Это же я твой вдох.
Светом ты, тенью я
Что-то в солнечные бьётся сплетения.
Что-то похоже на любовь,
Так похоже,
Она тебе идет -
Тебе тоже.
А может быть пройдёт? -
Не похоже.
А может быть пройдёт?
Нет, не может.

Однажды сердце наберется до краёв
И разольётся разольётся разольётся.
На неживое гладкое стекло её
Акриловое сердце никогда не бьётся.

А ты давай выдувай стекло, дли
Делай стеклянными дни,
Делай стеклянными ночи
Края кругли.

Однажды сердце перельётся
через край
И разольётся, разольётся,
рекою.
Господи, сделай ей такой май,
Господи, сделай с ней что-то такое
Господи, просто поймай,
Ее акриловое сердце рукою.

Пусть оно бьётся.

При повороте налево
Вам следует учитывать осень.
Я позвоню вам без четверти восемь,
Моя королева.
Моя королева, вы так охуительны,
Куда вы хотите,
Чтобы я вас сегодня отвёз?
К черту? - Идите
Дождями. Летите
Листьями из под колёс.
В городе кто-то
Сжёг мое фото,
Я до того там был мил,
Что я того там,
Вам что с того-то,
Где я и сколько любил?
Где я был.
Если сумею,
Я сдам все без боя вам робко.
Или в аренду вы снимете все по частям.
Рано темнеет,
На севере тянется пробка,
По ленинградским и разным другим областям.
Вы так охуительны,
Куда вы хотите,
Чтобы я вас сегодня отвёз?
К черту? - Идите
Дождями. Летите
Листьями из под колёс.
Пока же вы едете прямо,
Ведёте сама.
При повороте направо
Начнется зима.

Это какой-то сон,
Дышит в её телефон
Море.
Тёплой его водой
Наше смывает с тобой
Горе.

Утро разбудив
Пьет аперитив,
Море, слушай, как она поет.
Только тот мотив,
Мальчик, упустив,
Проебал мелодию её
Сочиняет пусть теперь своё.
Сочиняет сам пускай теперь своё.

Это какой-то гон,
Это не может быть он,
Ссори.
А помнишь, со всех сторон,
Как мы постили вагон
Лав стори?

Утро разбудив,
Пьет аперитив,
Море, слушай, как она поет.
Только тот мотив,
Мальчик, упустив,
Проебал мелодию её.
Сочиняет пусть теперь своё.
Сочиняет сам пускай теперь своё.

Это какой-то фон,
Дышит его смартфон
Скукой.
Он
Пишет в её телефон
Разве быть можно такой сукой?

Утро разбудив,
Пьем аперитив,
Море, знаешь, как она поет?
Только тот мотив,
Мальчик, упустив,
Проебал мелодию её.
Сочиняет пусть теперь своё.
Сочиняет сам пускай теперь своё.

Это какой-то сон,
Дышит в её телефон
Море.
Тёплой его водой
Наше смывает с тобой
Горе.
Ты не ори, ты меня набери,
Я тебе стану, стану внутри
Я тебе буду внутри
Целое море.

Там, где с богом дрался и летел в туннель сам сатана
Я пересобрался в новую модель атома
Только отдышался, полетел на свет, а там она
Третья мировая моя атомная

И приблизиться боюсь и отойти
Буду ждать её в районе десяти
Я не знаю, из какой она сети
Тянет провод
Притяжение с ума может свести
Между нами напряжение свистит
Ты, пожалуйста, любовью мир спасти, дай мне повод

Я тренировался и цветы дружил с автоматами
Даже отказался строить этажи матами
Только отдышался, только я ожил, а там она
Третья мировая моя атомная

И приблизиться боюсь и отойти
Буду ждать её в районе десяти
Я не знаю, из какой она сети
Тянет провод
Притяжение с ума может свести
Между нами напряжение свистит
Ты, пожалуйста, любовью мир спасти, дай мне повод

Там, где с богом дрался и летел в туннель сам сатана
Я пересобрался в новую модель атома
Только отдышался и смотрю на свет снова я
Просто там моя горит сверхновая

И приблизиться боюсь и отойти
Буду ждать её в районе десяти
Я не знаю, из какой она сети
Тянет провод
Притяжение с ума может свести
Между нами напряжение свистит
Ты, пожалуйста, любовью мир спасти, дай мне повод

Не уезжай. Не уезжай никуда, не уходи.
Эта история в самом начале пути.
Будет так жаль,
Если не сможет она с нами произойти.

Два города и поезда,
Полгода песен и стихов.
Холодная моя звезда
Ведет волхвов.

Буквами ложатся, строчками они тают.
Каждое утро улыбаются письмами.
Чистыми белыми листьями
На пол слетают.

Не закрывай. Не забирай ничего у нас, не кради.
Эта мелодия свила гнездо в самом центре груди.
Хочешь, сыграй.
Хочешь оставь тишину в этой нотной тетради.

Два города и поезда,
Полгода песен и стихов.
Холодная моя звезда
Ведет волхвов.

Буквами ложатся, строчками они тают.
Каждое утро улыбаются письмами.
Чистыми белыми листьями
На пол слетают.

Там они летают, летают по краю,
На полях я их пишу и стираю.
Я их не пишу и не отправляю.

Не уезжай. Не уезжай никуда, не уходи.
Эта история в самом начале пути.
Будет так жаль,
Если не сможет она с нами произойти.

Он ищет дочь трех живых матерей
Ему сказали, она скоро вернется
Он ждёт всю ночь и ещё триста дней
Вода течёт подо льдом, а лёд скоро взорвётся.

Она кладёт Яда-Таш на ладонь
И начинает лить дождь целый год
Она и ветер зовет и огонь.
Лишь одного того не зовёт,
Того, кто ждёт, когда ты придешь
Ведь без тебя ничего не случается
Он ждёт, когда закончится дождь.
А дождь не кончается.

Вода течёт и меняет судьбу
Не изменяя русло реки
Темнеет камнем он на берегу
И в воду падает у нее из руки.

Она кладёт Яда-Таш на ладонь
И начинает лить дождь целый год
Она и ветер зовет и огонь.
Лишь одного того не зовёт,
Того, кто ждёт, когда ты придешь
Ведь без тебя ничего не случается
Он ждёт, когда закончится дождь.
А дождь не кончается.

Он ищет дочь трех живых матерей
Ему сказали, она придет вслед за солнцем
Он ждёт всю ночь и ещё триста дней
Вода течёт подо льдом, а лёд скоро взорвётся.

Она кладёт Яда-Таш на ладонь
И начинает лить дождь целый год
Она и ветер зовет и огонь.
Лишь одного того не зовёт,
Того, кто ждёт, когда ты придешь
Ведь без тебя ничего не случается
Он ждёт, когда закончится дождь.
А дождь не кончается.